концерты:+7 916 586 71 88
+7 925 863 30 32
официальный сайт
 
 

Пресса

Ольга Кормухина: Мама считает моего мужа ангелом

Рок-певицу Ольгу Кормухину за сильный голос в середине 1980-х называли советской Тиной Тернер. Но в конце 1990-х она неожиданно исчезла. Одни говорили, что ушла в монастырь, другие – что спилась. Правду узнала Ольга Мишина.

Жених-то какой благочестивый!

- Лето 1997 года, остров Залит, Псковская область. Я стою перед старцем Николаем, как на Божьем суде. Он видит человека насквозь – все твое прошлое и будущее. Знает даже то, чего ты сам о себе еще не знаешь, то главное и единственное, что нужно именно тебе. Он ничего не навязывает – лишь озвучивает волю Божью. А внимать или не внимать ей – уже твое дело. Я собиралась тогда оставить шоу-бизнес и уйти в монастырь. «Благословите, батюшка» , - попросила старца. Но услышала: «Нет, скоро вернется твой муж, и вы будете венчаться». Мне исполнилось 37 лет, за спиной два расторгнутых брака. Замуж я больше не собиралась, и слова о муже показались настолько странными, что я чуть не ляпнула от неожиданности: «И который из них ?» «Ой, а жених-то у тебя какой благочестивый!» - продолжал старец, словно тут сидел рядом. А я растерялась. Ни про первого супруга, ни про второго точно нельзя было сказать «благочестивый»…

Я же не знала, что как раз в это время мой Лешка (Алексей Белов, лидер группы «Парк Горького» - прим. «ТН»), проработав в Америке 10 лет, уже принял решение вернуться в Россию. У нас с ним похожие биографии. Я по первому образованию архитектор – и Лешка после школы поступил в архитектурно-строительный техникум. Оба в свободное время занимались музыкой. Потом музыка стала профессией. У меня была группа «Красная Пантера». У него – группа «Москва».

Теленеделя, № 19 (137)/17-23 мая/2010. Автор Витал Федоров

Потом Лешка уехал в Лос-Анджелес и успешно выступал на Западе, уже с группой «Парк Горького». Вместе со славой к человеку приходят соблазны, вот и он не избежал всяких напастей. По себе знаю, как легко творческие люди поддаются искушениям, меня ведь тоже не обошли пьянки –гулянки, даже горько вспоминать. А сколько слез пролила моя мама… Страшно представить, где я сейчас могла быть, если бы не пришла к вере. Те, кто проделал подобный путь и нашел спасение в молитвах, меня поймут. Мы с Лешей удивительным образом сумели остановиться в одно и то же время. Для нас обоих, еще не знакомых друг с другом, открылась иная жизнь: мы исповедались, ходили на службы, причащались, молились. Оба много читали о жизни святых. Потом Леша рассказывал, что ему очень хотелось встретиться с одним из тех, кто заглянул бы в его душу, дал наставления, как жить дальше. Он узнал о святых подвижниках – старцах. И самые удивительные вещи ему рассказывали об отце Николая Гурьянове, который стал моим духовником.

Господь отвратил от вина и сигарет

- Протоиерея Николая, служившего в храме на острове Залит под Псковом более 50 лет, еще при жизни называли святым. Он предсказал избавление России от коммунизма, канонизацию последнего русского императора Николая II, крушение подлодок «Комсомолец» и «Курск». Отыскивал по фотографиям без вести пропавших, советовал, как спасти заложников, исцелял смертельно больных, избавлял от вредных привычек. На его могилку до сих пор идут люди.

Местные вспоминают: когда отец Николай был жив, по утрам на метеоре «Заря» к нему толпы людей приплывали. Словно табун мимо домов несся, остров аж весь сотрясало. А вечером – галопом назад, чтобы успеть на «Зарю». Многим старец говорил: «Тебе здесь какое-то время лучше пожить», в том числе и мне. А некоторых гнал от себя. Почему – одному ему было ведомо. Были, например, и такие случаи. Одна женщина только появилась на пороге, отец Николай ей: «Бегом назад, еще успеешь уплыть! – аж посохом на нее замахнулся. – Он там уже петлю сделал!». Она не поняла: какую петлю? Рванула домой, а сын её уже в петлю лезет. А как-то приплыли на лодке к старцу двое юношей, лет по 20-25. Он их исповедал, причастил и сказал на прощание: «Ребятки, вам не надо сегодня плыть – утонете». Те переглянулись и решили: шутит батюшка. Отец Николай в самом деле часто шутил: «Смотрите не утоните, мне на острове хоронить вас негде и отпевать некогда». Но к этим ребятам дважды подошел: «Не плывите сегодня!». Они не послушались его, поплыли. И утонули на середине реки. «Батюшка, что же вы их не остановили, если знали?» - спрашивали потом старца. А он отвечал: «Святое писание учит: не протягивай утопающему руку – протягивай шест. Кто хочет спастись, тот за него ухватится. Такова была Божья воля, мое дело – предупредить».

Как-то мужик ехал к старцу на машине, в пути мотор заглох, он два часа его завести не мог и не понимал, в чем дело. Потом мотор неожиданно заработал, мужик добрался до пристани, приехал на остров. И подошел к келье отца Николая в тот момент, когда из нее выходила расстроенная парочка. Женщина привезла жениха, чтобы получить у старца благословение на брак. Но батюшка не дал. А выйдя на улицу вслед за посетителями, показал женщине на того мужика: «Вот твой муж!». Они действительно обвенчались и по сей день живут счастливо в любви и согласии.

Кстати, неправильно говорить: я бросил пить и курить. Это Господь тебя от напасти избавил! За меня в свое время батюшка Николай много молился: видел, как я хочу избавиться от этой дряни. И мама за меня молилась. И вот Господь отвратил меня от вина и сигарет. Сейчас даже от кагора в церкви отказываюсь. «Почему?» - недоумевают многие. «Потому что я – алкоголичка!» - отвечаю. Я не стесняюсь в этом признаваться. Хотя мой ответ, конечно, шокирует.

Я сейчас заканчиваю режиссерский факультете ВГИКа. Мы с одним знакомым снимаем документальный фильм об отце Николае. Так вот, мой напарник, побывав на могиле старца, тоже курить перестал. Он и раньше пытался избавиться от сигарет, но не получалось. А тут тягу, как рукой сняло.

Тогда венчайтесь!

Вернувшись из Америки в Москву, Лешка жил совершенно один. И нельзя сказать, что слишком этим тяготился. Но ему уже исполнилось 40, и он все чаще задумывался о семье, детях…

Я, конечно, знала, что есть такой Алексей Белов. Мне нравилась его музыка. Обо мне же ему в свое время говорил вокалист «Парка» Коля Носков: «Такая интересная певица у нас появилась: голос мощный, как у Тины Тернер».

До их отъезда из России мы даже чуть не познакомились.

Теленеделя, № 19 (137)/17-23 мая/2010. Автор Витал Федоров

Мой первый муж был связан с музыкой и одно время работал с Алексеем. Я не раз просила Виктора познакомить меня с ребятами. И мы отправились на концерт Алексея в подмосковную Салтыковку. Народу собралось – яблоку негде упасть. Потом толпа заволновалась, рванула к музыкантам. Я тоже вместе со всеми резко подалась сначала вперед, потом назад, наступила кому-то на ногу… Из-за спины мне под нос тут же огромный кулачище сунули. А я была боевая, задиристая. Не оборачиваясь, сжала свой кулачок и бесстрашно ткнула нахала, стоявшего сзади. В это время к нам подлетел менеджер музыкантов: «Витек, уводи жену, не миновать разборки!». Сейчас понимаю, что для нашей с Лешкой встречи тогда еще не пришло время: мы бы просто наломали дров и разбежались.

Господь свел нас вновь через год после возвращения Леши в Москву.

Как-то вечером ему позвонил старинный друг Андрей Большаков, в прошлом руководитель и гитарист рок-группы «Мастер», а теперь человек воцерковленный. И предложил съездить в Данилов монастырь, где должно было начаться перенесение мощей Саввы Сторожевского, ученика Сергия Радонежского.

Я тоже собиралась поехать. Но, конечно, даже предположить не могла, чем закончится этот день.

Леша рассказывал, что утром проснулся с трудом. Музыканты в большинстве своем «совы», а у него еще и концерт поздно закончился. Спать хотелось безумно. И Лешка решил отменить поездку. Повернулся на другой бок и … не смог уснуть. Что-то ему настойчиво твердило: «Надо пойти!». Потом Лешка признался мне, что уже не раз слушался своего внутреннего голоса – и всегда в жизни начинало происходить что-то важное.

Я увидела Лешу и, конечно, сразу узнала. Потом, когда мы разговорились, он рассказал, что, вернувшись в Россию, ужаснулся количеству попсы и всякого безвкусья на экранах и по радио. Узнал, что многие из тех, кого он любил и уважал, не вписались в требования шоу-бизнеса. Интересовался у друзей, куда за годы его отсутствия пропал тот или иной исполнитель. В том числе и «та девушка, которая пела, как Тина Тернер». Ему озвучили две совершенно противоположные версии. Одни говорили, что Ольга Кормухина ушла в монастырь, другие – что давно спилась.

Я же, увидев его в храме, решила, что не буду подходить. Думаю: хватит с меня и рока, и рок-н-ролла, и прочих искушений. Подождала, пока он после службы вышел, и тогда только к выходу направилась. А он, сам не зная почему, именно в тот момент решил вернуться в храм. Мы столкнулись на ступенях лоб в лоб. И деваться некуда. Вот я и говорю: «Здравствуйте, я вас знаю, вы – Леша Белов». «Да!» - удивленно отвечает он. «А я – Оля Кормухина». В его голове – Леша рассказывал – моментально проносится мысль: «Раз она не монашка – выходит, спилась. Как жаль…». Но он смотрит – и нестыковка получается: я не выгляжу спившейся. Наоборот, вид очень даже цветущий. И тогда Лешка предлагает выпить по чашечке чаю в кафе.

И с того дня мы стали созваниваться. Лешка относился ко мне как к другу. Как-то даже поделился: «Представляешь, был на гастролях в Нижнем Новгороде, пришел в церковь, в мастерскую заглянул – а там девушка иконы пишет… Теперь думаю о ней постоянно. Ее лицо так и стоит у меня перед глазами. Вот только познакомиться с ней постеснялся». Я Лешку обнадежила: «Не переживай, Нижний – моя родина. Знаю я тот храм, у меня там наместник знакомый, никуда девушка не денется!». И ведь искренне собиралась помочь Лешке её найти!

А пока вызвалась отвезти его к старцу Николаю. Алексей о многом хотел поговорить со старцем. В том числе и о той девушке из Нижнего. По дороге я спросила Лешку: «А вдруг тебе батюшка скажет: «В монастырь!» Ты будешь готов ? Леша твердо ответил: «Да». Я предостерегла: «Он может и другое заявить…» И рассказала историю про мужика с поломанной машиной. Пока говорила, поймала себя на мысли: «А вдруг и с нами так будет ? Впрочем, с какой стати ?».

Теленеделя, № 19 (137)/17-23 мая/2010. Автор Витал Федоров

Приехали к отцу Николаю, он вышел к нам и спрашивает Лешку: «Это твоя жена?» «Нет», - удивился тот. «Это твой муж?» - спрашивает меня. «Нет», - удивилась я. «Тогда венчайтесь!» - сказал старец. Мы с Лешкой от неожиданности шарахнулись в разные стороны. Лешка первым опомнился: «Батюшка, я хотел вас спросить об одной девушке, встретил её в храме…». Старец улыбнулся мне: «Девушку он какую-то забыть не может. Не ходи-ка ты за него! Считай, что я пошутил». Но было видно: батюшка благословил нас не шутя.

После этого мы с Лешей, хоть и были знакомы не первый день, стали открывать друг друга заново. Почувствовали, словно единым целым стали. Так Господь еще до венчания дал ощутить наше единство. Нам часто приходилось расставаться: то у Леши гастроли, то у меня концерт. Нас обоих поражало, что в разлуке мы не тоскуем друг по другу, как это случалось в прежних романах. Наши отношения были настолько чисты, что постоянно ощущала Лешино присутствие. Помню, как мы как-то разговаривали по телефону, и на нас обоих словно Божья благодать сошла. Накрыла такая волна счастья, ощущение чего-то удивительного. Я даже слов не могу подобрать, чтобы передать то состояние, - а может, и не существует такого определения.

Мы венчались в церкви Феодора Студита у Никитских ворот в Москве. Отец Николай предрек, что у нас родится ребенок, повелел окрестить сразу же. Если будет мальчик – назвать Анатолием, девочку – Анатолией. Когда мы в первый же после выписки из роддома день крестили нашу Тошу, с удивлением узнали, что это был день памяти мученика Анатолия.

Сейчас Тоше уже 10 лет, для нее вера – это неотъемлемая часть жизни, как воздух…

Мама считает зятя ангелом

- Вместе с Тошкой мы часто приезжаем в гости к моему брату Андрею в Подмосковье. Он моложе меня на 10 лет, как и я, окончил Гнесинку, учился на одном курсе с Муратом Насыровым. А по второму образованию Андрей юрист. Он давно и счастливо женат, у него семеро детей, и я их всех очень люблю.

Кстати, маму я познакомила с Лешей на крестинах одного из моих племянников – Серафимки. Представила: «Это мой будущий муж!». А когда за стол сели, начала незаметно за ней наблюдать. Мама же на Алексея с таким нескрываемым восторгом смотрела, так любовалась… И до сих пор моего мужа любит, глубоко почитает и считает ангелом небесным.

Я же самой мамой восхищаться не перестаю. Вроде бы пожилая женщина, а ведет себя иногда как сорванец. Частенько и Тоше, и племянникам говорю: «Бабка у вас – как из «Сказки о потерянном времени» бабушка-девочка». И дети хохочут вместе со мной.

Мне так жаль, что папа не успел с Лешей познакомиться! Он умер давно, в 1991 году. Он был инженером-изобретателем, заведовал отделом в НИИ космического приборостроения. Как я говорила в детстве, «сочинял приборы». В юности он мечтал стать певцом: сильный голос достался мне именно от папы. Можно сказать, его мечта реализовалась во мне. Отец был рыцарем без страха и упрека. Если видел драку, где десять человек бьют одного, всегда вступался за слабого. А как-то идем с ним по улице, навстречу – красивая женщина. Я провожаю её взглядом: «Папа, правда, красавица?». Отец спокойно отвечает: «Абсолютно с тобой согласен, но наша мама красивее. Она, ты и Андрей для меня – самые лучшие!». В восьмом классе родители куда-то уехали и впервые оставили меня одну на несколько дней. Я созвала друзей и подруг, и мы начали устраивать шумные сборища: играли на пианино, орали песни. Квартира находилась на шестом этаже, но наши веселые крики были слышны и на третьем. Соседи в ЖЭК три раза жалобу написали. Дом был институтский, среди соседей много папиных сослуживцев. И как только папа вернулся, к нам тут же пришли стучать на хулиганку-дочь. Отец попросил меня выйти из комнаты, но я с другой стороны двери подслушивала, как папа сказал соседям: «Ольга, может, моя боль, но она – и моя гордость!». А мне вообще ничего не сказал. До конца своих дней буду благодарна папе за его слова. Помню, как он лежал в больнице в коме, и его жизнь поддерживали с помощью приборов. Я читала над ним молитву «Отче наш», а по его щеке текла слеза. Уверена, он слышал меня. А когда лежал в гробу, сказала ему самое важное: «Папа, ты был самым большим другом на свете. Ты единственный меня понимал. Спасибо тебе за всё». И снова было ощущение, что он меня услышал. Когда же гроб опустили в землю, а на крышку по обычаю стали бросать комья промерзшей земли со снегом (был конец ноября), я закричала: «Что вы делаете? Ему же больно!» У всех людей, наверное, кто верует и не верует, бывает такое ощущение: близкий и дорогой человек и после своего ухода все чувствует, всё видит. И что он где-то рядом. Тогда я понимала это интуитивно, но теперь я человек воцерковленный и знаю: у Бога все живы.

В сорок лет жизнь только начинается

Теленеделя, № 19 (137)/17-23 мая/2010. Автор Витал Федоров

- Мой муж – человек необыкновенный. Немногословен, почти не говорит мне комплименты, но когда говорит, обрыдаться можно от счастья. Относится ко мне так, словно я – королева мира. Искренне считает красивой, самой талантливой, самой умной – прямо не говорит, но дает понять своими поступками. Рядом с ним я и в самом деле ощущаю себя красавицей, хотя, по правде сказать, раньше никогда так не считала. Лешка мне это внушил. Когда он смотрит на меня, я таю, как свечка. Таких возвышенных чувств, как к Леше, я ни к кому не испытывала даже в молодости. Правду говорят, что в сорок лет жизнь только начинается. Мозги на место становятся, знаешь всему цену, дорожишь тем, что имеешь. Сегодня у меня появилось много хороших песен: люди плачут, когда слышат. Но Господь не дает мне исполнить их на всю страну, а была бы Его воля – песни бы звучали. Мой муж, я считаю, великий композитор, он пишет замечательную симфоническую музыку. Сколько раз Игорь Крутой ему предлагал: «Тебе нужно организовать больше эфиров на телевидении, давай устрою!». А мы отказывались: «Пусть всё будет так, как есть. Иначе для души времени не останется». Господь уже дал нам почувствовать, каково это - находиться на вершине славы. Знаете, что там? Да ничего, ровным счетом пустота! И я все чаще и чаще думаю: слава тебе, Господи, пронесло! Конечно, у нас с Лешей есть концерты, мы выступаем и в клубах, и на стадионах – одним словом, везде, где слушают. Выходя на сцену, я словно молиться начинаю.

В жизни нас окружают разные люди, всех сословий и родов занятий. Время от времени к нам на остров – после венчания мы с Лешкой купили на Залите небольшой домик – приезжают друзья поклониться могиле старца. Но не все, кто оказался на острове, понимают, зачем и куда приехали. Год назад ко мне в гости напросились приятели. Собрались из любопытства: рыбалку затеяли, вечеринку устроили… У меня куча дел, а они будто не понимают. Зовут: ну что ты сидишь, составь нам компанию! Расстались мы в обидах друг на друга. Я свои чувства скрывать не умею: у меня все на лице написано. Так что принимать меня надо такой, какая есть.

Помню, когда еще только пришла к вере, весь свой коллектив за собой в церковь потащила. Стою на молитве и спинным мозгом чувствую: этот отлынивает, тот филонит. Сердилась: «Кто там не молится? А ну-ка всем молиться!». Неправильно себя вела, конечно, но это же по незнанию… Кто-то из них тогда от меня откололся, а кто-то все-таки уверовал! Утешает лишь то, что я искренне желала всем им добра.

Сейчас мне не хочется никого ни в чем убеждать. И чем глубже проникаю в вопросы веры, тем больше понимаю, что сама знаю всего два слова: «Господи, помилуй». Я еще в самом начале пути – долгого и трудного, но твердо решила пройти его до конца…

Ольга Мишина
фото: Витал Федоров/Теленеделя
Теленеделя, № 19 (137)/17-23 мая/2010

   
 
Создание и поддержка сайта DotRuSite