концерты:+7 916 586 71 88
+7 925 863 30 32
официальный сайт
 
 

Пресса

Ольга Кормухина: “Небо не дает отсрочек”

Ольга Кормухина и Алексей Белов

Ольга Кормухина – российская рок-певица, актриса, поэтесса, режиссер. Такой яркий творческий путь невозможен без глубоких поисков своего «я». Эти поиски когда-то повернули жизнь Ольги по самому неожиданному руслу и наполнили жизнь певицы истинным смыслом.

Ольга замужем за Алексеем Беловым, лидером рок-группы «Парк Горького». Счастливые супруги занимаются совместным творчеством и растят дочь Анатолию.

– Ольга, вы принципиально не хотите отвечать на вопросы, которые вам подготовили для интервью?

– Я человек харизматичный, все делаю харизматически. Например, ВГИК. Я собиралась поступать туда с 1995 года. Сами режиссеры ВГИКа звонили, звали меня … я не шла, и длилось это много лет. В 2007-м я пошла поступать за компанию с подругой, не рассчитывала, что меня возьмут. Просто хотела себя проверить, а вышло, что приняли. Помню, получила нелепую травму в то время, пришла на экзамены с тросточкой. Тогда Владимир Хотиненко как раз мимо проходил, увидел меня, спросил: «О, поступаешь?» Я говорю: «Да, если не поступлю, вы меня к себе возьмете?» Он отвечает: «Да не вопрос!» Я подруге кричу: «Катька, все нормально, нас с тобой в любом случае возьмут!»

Сам экзамен… Я отвечала на вопросы приемной комиссии, рассказывала о жизни, 40 минут смешила профессоров. Мне сказали напоследок: «Всего вам доброго!» А я в ответ: «И вам не хворать!» Почти так же поступала в Гнесинку. Перед экзаменом мне нужно было что-то сделать, чтобы успокоиться. В таких случаях я могу брякнуть такое... в общем, стою возле рояля, платье, все как положено, и говорю: «Спиричуелс. Слова народные. Музыка, наверное, тоже народная. Исполняет Бурлакова Фрося». И все корифеи джаза просто свалились под стол!

Ольга Кормухина

Понимаете, мне надо дозреть. И тогда вдруг приходит мысль: пора! Я иду, и все получается. Сколько раз я говорила мужу: «Леша, готовься, через какое-то время будет то-то и то-то». И ни разу не обманула.

Был случай, когда в 2005 году хард-диск накрылся с половиной новых произведений. Мы обратились к «спецам» в ФСБ, которые восстанавливают любые диски. Нам сказали: «Ребята, это нереально. Как будто внутри него процарапано так, что ничего нельзя сделать». И непонятно, как это могло случиться! Я так спокойно говорю: «Леха, пока нет воли Божьей, чтобы этот диск появился». И мы расслабились, прошло время… И вдруг, когда в 2007-м я поступаю во ВГИК, Леша мне говорит: «Все, музыке теперь «капец».

– Вы до сих пор учитесь?

– Нет, я сдала экзамены, монтирую диплом, нахожусь в затяжном монтаже… И снова – запись диска получилась харизматически. Я такой человек, что вдруг соберусь – и за две недели сделаю то, что люди делают за год. Мне нужно внутри себя дозреть.

– У вас с детства такой характер?

– Да. У нас были горы, где я жила, в Нижнем Новгороде, место называлось «парк «Швейцария», там сливаются реки Ока и Волга. Я боялась высоты, поднималась в горы, держась за кустики. Если бы я хоть раз не удержалась, покатилась бы вниз, переломала бы себе все. Мне нравилось это преодоление. Я поднималась на гору за тем чувством, которое возникает, когда ты переборол страх, потратил силы – физические и духовные. Я испытывала такое райское блаженство, просто была на седьмом небе.

С детства люблю уединяться. Я не меланхолик, а самый настоящий холерик, люблю компании. Но иногда мне необходимо побыть одной. И тогда я говорю: «Тоша с Лешей (дочь Анатолия и муж Алексей. – Прим. ред.), извините, мне нужно свалить на время». И уезжаю, например, на 2–3 дня на остров. Я как генератор, мне надо зарядиться энергией, причем положительной. И я набираюсь ей в соответствующих местах.

Ольга Кормухина и Алексей Белов

Вообще мы с Лешей не принадлежим ни к шоу-бизнесу, ни к эстраде, ни даже к року, хотя исполняем рок-музыку. Ни для кого не секрет, что рок-музыки у нас в стране как таковой нет. То, что пытаются у нас сделать, очень сильно отличается от того, что создается сегодня в мире. Но мы с Лешей четко знаем, что мы люди русской культуры. Если вычислять, чьи мы наследники, я бы назвала имена Мусоргского, Шостаковича, Прокофьева, Шнитке, Губайдуллину, Гаврилина. Мы с мужем знаем массу людей, которые закончили серьезные учебные заведения – музыкальные, филологические, но потом решили, что полученные знания мешают заработку: делают то, что пользуется спросом у толпы. Они откровенно об этом говорят, открыто призирают толпу, да и себя тоже. Потому что нормальный человек не может не уважать себя и опускать планку. Я же, как взяла в 18 лет свою планку, вернее, мне ее поставили, так ее и не снижаю. В свое время училась в архитектурном, меня «выдернули» оттуда комсомольские работники, я сопротивлялась руками и ногами. Они просто услышали, как я пою, совершенно не в советской манере, обалдели и говорят: «Так, все, ты будешь представлять Нижний Новгород на всесоюзном джаз-рок-фестивале». Говорю: «Да вы что, я классику исполняю! У меня папа был тенором, я знаю всю теноровую классику. Поэтому и такая неженская манера пения». Вообще я росла «пацанкой». У меня всегда было много друзей-мужчин. В детстве был друг-грузин. У него дома была огромная коллекция виниловых пластинок. Именно тогда я услышала впервые «Куин», «Блэк Саббат», «Назарет», «Битлз», причем в хорошем качестве. Всю жизнь у меня отношения лучше складываются с мужчинами. Поэтому я выросла такой прямолинейной. Вообще я работяга. Никогда не добивалась чего-то благодаря большим (выразительный жест на уровне груди. – Прим. ред.) глазам и даже не знаю, как это делается.

– Кто вам нравится из современных исполнителей?

– Лично мне, например, совершенно безразлична Мадонна. Хотя на нее всегда работают очень интересные люди, но весь их талант стирается, как только они попадают к ней. И в то же время я обожаю Пинк – девушку, которая сама себя сделала. Мне нравится Тина Тернер – тоже «пацанка», как и Пинк, кстати. Они – настоящие. Они не вычисляют, что будет популярным. Может быть, их продюсеры что-то такое и делают, но видно, что они пропускают все через себя. А ведь мало пропустить, надо, чтобы было через что пропустить! Надо исполнить!

Вообще русский язык очень точный. Вдумайтесь: певец исполняет. А что такое «исполнять»? Ведь это значит быть исполненным чем-то, делиться этим. Надо исполнить так, чтобы к этому было нечего добавить. А чтобы так обогащать других людей, надо самому быть очень богатым.

Ольга Кормухина

Меня часто упрекают в том, что я нечасто мелькаю на экранах. В таких случаях отвечаю, как Рихтер: мои интервью – это моя музыка. Мы оба с мужем можем так сказать. В каждую нашу песню любой человек может себя вписать.

Есть выражение: вы – то, что вы едите. Я скажу так: вы – то, что вы слушаете. Однозначно. У нас не потому плохие певцы популярны, что много женщин с несчастной судьбой их слушают, а наоборот, у нас столько несчастных женщин, потому что они эту музыку слушают! Если будете слушать такую музыку – будете несчастной, одинокой, больной и ходить смотреть на этих мужиков, которые просто зарабатывают на вас деньги, а о вас совсем не думают.

Искусство – эта та область человеческой деятельности, где не надо быть миллионером, чтобы позволить себе самое дорогое.

– Какая цена вашего успеха?

– Я думаю, что моя жизнь сложилась так потому, что мне интересно жить. Я не боюсь старости, потому что я не старею, а развиваюсь. Морщины? Фиг с ними! Кому какая разница, сколько лет Майе Плисецкой? Я смотрю, с каким восхищением на нее смотрят молодые мужчины. Потому что в ней есть нечто такое, что, скажем, ни одной «красотке» из шоу-биза никогда не купить. Потому что Плисецкая позволила себе не опускать планку, несмотря ни на какие обстоятельства.

Мы с Лешей испытываем такое колоссальное потрясение при каждом удачном стечении творческих обстоятельств, когда музыка, слова, голос совпадают и наступает такой момент, какой ты не продашь ни за какие деньги.

Сколько раз мне приходилось разговаривать с известными людьми – продюсерами, певцами, музыкантами, я им говорила: что ты пишешь эту дрянь? Мне отвечали так: сначала я попишу эту дрянь, заработаю много денег, а потом буду писать то, что мне нравится. И что вы думаете? Прошло 20 лет, и ни один из них не написал ни одной стоящей строчки! А дрянь становится все дряннее и дряннее! Потому что здесь так: вход рубль, выход – два. Не дает небо отсрочек. Ты можешь сколько угодно петь, что ты ходишь по облакам, но эти облака – на уровне моего туалета в подвале. Я вам больше скажу. Первый показатель дряни или музыкального фастфуда сегодня – то, что «это» нравится миллионам. Миллионам, например, нравится дешевая водка и гамбургеры. Они мрут от этого, но оно им все равно нравится.

Ольга Кормухина

– Почему же так происходит?

– А вы представьте себе, сколько миллионов живет в одной Москве? А на всей Земле? А теперь откройте Святцы. Сколько там святых за 2 тысячи лет? Чтобы прочитать все их имена, вам понадобится полчаса максимум.

Мы ничего в этой жизни не получаем бесплатно. Меня спрашивают: в чем цена вашего успеха? Я свой успех зарабатывала огромным трудом над собой, своим голосом, репертуаром. Я «перелопатила» столько литературы! Вы знаете, что больше всего вредит душе человек? Успокоение. Не путайте с утешением! Душе нужен труд.

– Расскажите о духовном кризисе, который вы пережили больше 10 лет назад.

– В начале 1990-х я вдруг осознала, что своими песнями ничего не изменю ни в этой стране, ни в людях. Тут водка, там водка… В один момент поняла: мне надо остановиться. Творить я не могла, потому что тогда творческих людей не было рядом. Многие друзья моего возраста, которым было 33–34 года, тогда сломались. Особенно те, кто действительно чего-то хотел достичь в музыке. И я могла оказаться в такой ситуации. Не свихнуться морально было трудно. Я поняла, что благоприятную ситуацию нужно вымолить, что ли. Мне захотелось жить по правде, хотя бы по своей. И я решила, что мой путь – монастырь. Но оказалось, он привел меня к венцу…

Мне нравится одно изречение: наверное, никто бы не пошел по пути духовного совершенствования и не стремился бы так к Богу, если бы он не встретил в своей жизни человека, на лице которого он увидел свет вечной жизни. Ведь мы с Лешкой скучные люди, с точки зрения пиара. У нас не бывает измен, мы не пьем, не колемся, мы не уводили друг друга из семей. Но почему-то есть масса людей, которые прикипели к нашей истории. Она простая, но этим замечательная. И многих вдохновляет. Когда человек верит, к чему-то сознательно идет, не поступаясь ничем при этом, все очень просто. Вы думаете, я одна приезжала к старцу Николаю на остров Залит (Псковская область. – Прим. ред.) в поисках себя? Тысячи людей обращались к нему, но не у всех получилось то, что получилось у нас с Алексеем. Самое удивительное, мы вращались с ним в одних кругах, знали друг про друга, но не были знакомы. До определенной поры не было воли Божьей на это. И сейчас мы уже венчаны 13 лет.

Ольга Кормухина и Алексей Белов

– Как вы вписываетесь в реальность шоу-бизнеса?

– Нормально. Было время, я негативно относилась к «корпоративам». Сейчас мне по барабану. Потому что не было такого, чтобы я не поставила людей на уши, будь они хоть за столами, хоть под столами. Меня всегда просят программу выступления дать заранее, а я говорю: нет. Я приеду, посмотрю площадку, людей и тогда решу, какая будет программа. И ни разу не ошиблась в последовательности песен! Я могу спеть на любом «корпоре», я не буду «рубиться» за гонорар, но мне важен звук, важно исполнить так, чтобы это было к месту, а не просто – отпел и уехал.

–Как вы думаете, с чем связан грандиозный успех вашего сольного концерта в МХАТе? Ведь зал буквально ревел от восторга, не желая вас отпускать! Вся сцена была завалена цветами! Что это? Публика так соскучилась по вашему голосу? Или что-то еще?

– Кто-то, наверное, и по голосу соскучился... А кто-то просто по музыке и словам настоящим! Ведь именно этим я и привлекала всегда сердца людей, и самых богатых, и самых бедных, и юных, и старых, и мужчин, и женщин... Просто я их очень люблю!

Олег Боровиков и Евгения Попова
журнал "Миллионер", июнь 2012 года

   
 
Создание и поддержка сайта DotRuSite